Daemony’s Live Blog

Иоанн Креститель - Человек “Пустыни” | Палестина

“Дядя Иуваль, что это такое?” - “Иоанн, это смерть стала пред твоим взором”. - “А за что их казнили?” - “Понимаешь, Иоанн, человека можно убить даже за то, что он человек, виновен он или нет. Это порой никого не интересует. Ты еще дитя, но я скажу тебе: казнят только простых бедных людей. Я за свою жизнь не видел и не слышал, чтобы казнили кого-то из богатых или священников, ибо у них есть деньги и власть. А у простого человека всегда стоит за его спиной крест или веревка с петлей, ибо таковых не считают за лю­дей. Конечно, есть и злодеи, но они становятся ими не по своей воле. Я думаю так: пока на земле всем верхо­водят только деньги и связи между богатыми, то это будет, судя по всему, продолжаться очень долго. Иоанн, не страшно тебе? - “Нет, мне не страшно, но очень жалко невинных людей”. - “Давай подойдем к ним поближе”. - “Да, ты мал, но смел. Идем, хотя по законам нам грозит наказание за это, но все равно идем”. Они подошли к казненным. Иоанн долго смот­рел на разложившиеся тела.

“Какие есть черствые и безжалостные люди, не­ужели они не понимают, что творят?” - “Иоанн, о чем ты подумал?” - “Дядя Иуваль, это не я, это что-то внутри меня заговорило”. - “О Боже, Иоанн, идем лучше отсюда”. - “Нет-нет, погоди, смотри, вон на том кресте у молодого юноши изо рта идет кровь”. - “Да-да, Иоанн, я вижу, значит, он жив”.

“Помогите мне, снимите меня отсюда. Люди, помо­гите!” Иуваль посмотрел по сторонам. “Иоанн, что бу­дем делать?” - “Дядя Иуваль, ему нужно помочь. По­моги ему, ты же взрослый”. - “Хорошо, хорошо, только давай дождемся ночи, а я за это время постараюсь сде­лать лестницу. А пока давай лучше отойдем отсюда, чтобы не привлекать внимание”. - “Дядя Иуваль, ты молодец”.

Иоанн с нетерпением ждал ночи. Иуваль мастерил лестницу. “Господи, помоги нам, помоги, чтобы все обо­шлось хорошо”. - “Дядя Иуваль, ты боишься?” - “Как тебе, Иоанн, сказать, я боюсь, но не за себя”. - “А за кого?” - “За тебя”. - “Не бойся, ничего не случится, я буду просить Царствие Небесное, чтобы оно помогло нам”. - “Эх ты дитя, ты дитя, но все равно, Иоанн, будем надеяться на помощь Всевышнего”.

Солнце стало заходить за горизонт. Появились пер­вые звезды. “Иоанн, ты будешь ждать меня здесь и, когда увидишь, что я снял тело с креста, сразу подъе­дешь ко мне. Ты все понял?” - Да, я понял, но меня какая-то дрожь пробирает”. - “Ну, Иоанн, такое и со мной бывает, только у меня живот болел, не бойся”.

Иуваль ушел, Иоанн наблюдал за его действиями. “Ну, дядя Иуваль, быстрее, быстрее снимай его”. Но время шло медленно. И вот на фоне лунного света Иоанн увидел, как по лестнице Иуваль спускался с телом неизвестного человека. “Все, мне нужно подъе­хать к ним”. - “Иоанн, быстрее, быстрее. Так, моло­дец, давай его положим в повозку и отъедем отсюда ближе к Иордану”. Человек стонал, Иоанну стало страшно смотреть на него, но испуг быстро прошел. Вот и долгожданная река. Иуваль снял тело с повозки и положил на землю, человек продолжал стонать.

“Скажи мне, дядя Иуваль, мы его спасем?” - “Иоанн, мы его уже спасли. Подай мне мелех с вином, я обработаю ему раны”. - Пить, я пить хочу”. - “Фу, слава Богу. Теперь, Иоанн, я уверен, что он будет жить”. Иуваль дал казненному вина. “На, дорогой, ис­пей, ты очень много крови потерял. Испей и усни, я же пока твои раны перевяжу”. Юноша снова застонал и через несколько мгновений замолчал.

“Дядя, Иуваль, он что, умер?” - “Нет, Иоанн, он уснул, а если уснул, то значит будет жить еще долго и благодарить нас с тобой, дитя ты мое”. - “Дядя Иуваль, идем искупаемся”. - “Иоанн, это хорошая мысль, идем”.

Взрослый Иуваль и совсем малое дитя барахта­лись в воде, как два малых дитяти. “Иоанн, вот в этих водах Иордана ты будешь крестить людей, и эти воды станут священными водами”. - “Дядя Иуваль, о чем ты говоришь? - “Да нет, я молчу”. - “Странно, кого тогда я слышал только?” - “Все, Иоанн, хватит, это усталость в тебе говорит, идем отдыхать”. - “Да нет, я же слышал чей-то голос”. - “Иоанн, не пугай меня, давай лучше будем отдыхать”. После трудного и на­пряженного дня они уснули. Ночь прошла незаметно, как будто бы ее и не было.

“Иоанн, вставай”. - “Я еще, еще немного”. - “Нет, вставай”. Иоанн открыл глаза. “Дядя Иуваль, а наш спасенный человек жив?” - “Конечно, жив, но еще спит. Ему сейчас полезно спать, ибо во сне своем он находит свое спасение, ибо сон и есть врачеватель души и тела. Пусть он спит, мы же оставим ему немно­го пищи и вина, а когда он проснется, то отблагодарит нас. Нам же пора двигаться дальше”. - “Нет-нет, давай его разбудим, нельзя его бросать, ибо он слаб еще”. - “Иоанн, а ты упрям, но я послушаюсь тебя, хотя время меня торопит. Но когда он проснется, то мы сразу отправимся в путь”. - “Дядя Иуваль, я со­гласен”. - “Вот и хорошо, а пока бери лепешку и рыбу, трапезничай, ибо впереди нас ждет очень длинная дорога”.

Через некоторое время юноша очнулся: “Где я, где я нахожусь?” - “Среди добрых людей”. - “Скажи­те, я жив?” - Ну, дорогой, если ты говоришь, значит ты жив. Как звать тебя?” - “Елисуа”. - “Елисуа, ты можешь встать?” - “Я попробую, хотя у меня в голове все шумит”. - “Сейчас, вот испей вина, и тебе сразу станет лучше”. Елисуа, немного выпив вина, при­встал, он стоял и шатался. “Тебе плохо?” - “Да, у меня нет сил. А как тебя мне звать? Я вижу, что ты очень добрый человек”. - “Иуваль, имя мне дали мои родители. Так, Елисуа, идем к реке, ты должен смыть с себя свою кровь и промыть раны”. - “Помоги мне, Иуваль”. - “Елисуа, скажи мне, откуда ты родом и за что тебя так наказали?” - “Я из Гадари. Родители мои давно умерли, и я с раннего детства сам себе зарабатывал на пропитание”. - “И все-таки за что тебя пригвоздили?” - “Иуваль, я тебе расскажу об этом в следующий раз, сейчас мне не хочется об этом вспоминать”. - “Что ж, дело твое”. - “Иуваль, про­шу тебя, не считай меня разбойником, я честный чело­век”. - “Хорошо, нам следует идти дальше. Вот тебе верблюжья шкура, рыба, хлеб, вино. Набирайся сил и, пока твои раны не заживут, на люди не показывайся, а то снова можешь угодить на крест”. - “Спасибо тебе, Иуваль”. - “Елисуа, лучше благодари вот это дитя”. - “А как зовут твоего сына?” - “Это не сын, это друг мой, и звать его Иоанн”. - “Спасибо тебе, Иоанн, думаю, что мы с тобой еще встретимся, и я смогу отбла­годарить тебя по-настоящему”.