Daemony’s Live Blog

Иоанн Креститель - Человек “Пустыни” | Вифавара

РИМ

- “Юлий, очнись”. - “Даврий, извини меня, я-я, действительно почувствовал себя человеком”. - “А я в этом и не сомневался, будь таким всегда”. - “Даврий, а ты на самом деле есть добро, хотя у тебя такая должность”. - “Юлий, во-первых, я человек, а должность моя ничего не значит”. - “Даврий, спаси­бо тебе, и я очень рад тому, что я встретил тебя”. - “Юлий, попрошу тебя, ответь мне на один мой вопрос: огненная колесница была на самом деле?” - “Да, я видел ее, и Горро, наездник ее, сказал мне, что во все века они будут посещать нас, всех людей”. Даврий с иронией улыбнулся. “Хотя бы один раз увидеть это чудо”, - подумал он. “Юлий, не боялся ли ты наезд­ника колесницы?” - “Нет, ибо от него и его друзей я чувствовал то ли тепло, то ли доброту. Даже сейчас еще не могу понять, что от них исходило”. - “Юлий, конечно, это все интересно. Второй мой вопрос: как звали твоего друга, которому ты рассказал об огненной колеснице?” - “Аккима”. - “Он еврей?” - “Да”. - “Когда-либо ты задумывался обо всем происшед­шем?” - “Конечно, Даврий, я об этом все время ду­маю”. - “Что ж, тогда мне нужно найти этого чело­века”. - “Ты его уже не найдешь”. - “Почему?” - “Он умер и самое главное то, что он умер в один миг. И думаю, что ему сейчас намного легче, чем мне”. - “Гм, наверное ты в этом прав. Но я прошу тебя, терпи, ибо большее ты уже пережил, хотя, не дай Бог, кому-то еще такое пережить. Я ненавижу горе и не люблю дождь, ибо он мне напоминает горе и какую-то обиду, другими словами говоря, тяжесть. Когда-то мне дове­лось видеть смерть, причем невинную, она была прихо­тью других. И я ненавижу ее, но и не боюсь ее, ибо презираю эту нечисть. Юлий, я сегодня свободен, идем снова к берегам Тибра. Мы должны там успокоиться и отдохнуть от всей этой суеты”. - “Даврий, я родил­ся заново и боюсь, что меня кто-то может узнать”. - “Юлий, об этом не думай, ибо я буду рядом с тобой. Пусть твоя душа хотя бы не намного возрадуется этой нелепой жизни. И прошу Тебя, Господи, сделай так, чтобы сегодня не пошел дождь”. Юлий улыбнулся. “Даврий, чем же он тебя…” - “Юлий, это уже другая тема для разговора”.

Река шумела, пели птицы, жизнь процветала и на­бирала сил. Два человека, два Божьих создания сиде­ли у берега реки. Судьбы были у них разные, но над ними был и властвовал сам Господь Бог. Он видел их, чувствовал и слышал, но они этого еще не понимали, ибо верили пока в идольство. Хотя Юлий думал о всей своей жизни иначе, чем Даврий, но всему свое время, ибо так хотел сам Бог. Где-то там далеко жил Иисус Христос, Иоанн Предтеча - они творили чу­деса, но пока Даврий и Юлий об этом ничего не зна­ли. Они жили каждый своей жизнью, а Сын Божий жил властью Божьей и не ведал Он, что где-то там, в Риме, живет человек, который со временем станет са­мым близким человеком, ибо справедливость Божья должна была их сблизить. Так было угодно не только одному Богу, а и всей вечной жизни. Бог жил на Зем­ле, Бог видел все и вся, Он любил всех, Его любили не все. Презрение брало свое, ненависть, издеватель­ство над Ним, но Бог жил и терпел. И при этом Он все же воспевал всех и нес им радость, и эта радость заключалась в одном - в жизни вечной.

Смерть ходила повсюду. Она смеялась, но не над Богом, а над теми, кто не верил в Него. Радость пере­полняла ее все чаши, ибо, глядя каждому в глаза, она молила, я и только я, меня вы видите, а Его обходите стороной, и поэтому только я существую для вас, а Его нет. Но признаюсь: придет такое время, и вы вспомни­те о Нем, но для каждого из вас это уже будет поздно, ибо вы мне поверили больше, чем Ему. И я смеюсь над вами и забираю вас к себе каждый день из века в век. На Него плюете, смеетесь над Ним, тем самым ласка­ете и любите меня. Вы, и только вы, поставили меня впереди Его, и я вам благодарна за это, хотя точно знаю, что вы есть безумцы и очень глупые. Но я рада и, дай Бог, чтобы всегда так было. Его вы не признае­те, и я снова смеюсь над всеми и всегда буду смеяться. Лишь только в вере вашей я смогу найти свою поги­бель, но такого никогда не произойдет, ибо вы все мои. Уходя от всего святого одной тропинкой, вы идете ко мне и, не дай Бог, вам поверить, и увидеть истину, хотя в ней ваше спасение. Но я - смерть - превыше всего именно для вас. Наслаждайтесь мною и любите меня. Вы есть семя не созревшее. И я снова смеюсь над вами.

РИМ

- “Юлий, мне хочется помочь тебе, а точнее говоря, чтобы ты снова почувствовал себя настоящим человеком. Однажды я тебе сказал, что ты больше не будешь сотником, судя по всему, я ошибся, и я тебя восстановлю”. - “Даврий, я тоже этого хочу, но со­мневаюсь, что власти меня поймут”. - “Юлий, я, ка­жется, прозреваю и, пожалуйста, верь мне”. - “Я хочу верить, но, Даврий, ты видишь, кто находится у престола и кто восседает в сенате. Их много, у них власть, а ты - один”. - “Нет, Юлий, нас двое, и я, как следова­тель, хочу помочь тебе, но при одном условии: если ты будешь помогать мне”. - “Даврий, я не трус, я чело­век воли, и ради справедливости я пойду на все”. - “Вот, Юлий, и договорились”.